Леони с болью и негодованием подумала, что теперь Морган безусловно откажется от своих обязательств.
Но Морган решил, что было бы ошибкой поступать в соответствии со своим первым порывом. Признав Леони женой, он мог нажать теперь на нее и ее компаньонку. И тогда наконец эта негодяйка себя проявит. Поэтому, не обращая внимания на последние слова Леони, Морган резко произнес:
— А если я вам выплачу это ваше так называемое приданое, которое, как вы утверждаете, я когда-то одолжил у вас, что произойдет тогда?
— Мы все немедленно уедем.
Именно этого она хотела совсем недавно, но в данный момент, особенно после вчерашнего, сама мысль о том, что она больше никогда не увидит красивое смуглое лицо Моргана казалась ей чудовищной.
— Так! Значит, я плачу вам пять тысяч золотом и вы исчезаете. А ваш брачный обет, конечно, ничего для вас не значит, так, что ли? — выпалил Морган.
Леони вскинула голову, почувствовав, как ее заливает волна гнева.
— Да, мсье! Совершенно ничего не значит! И еще совсем недавно это ничего не значило и для вас. Когда-то вы были готовы согласиться на любое мое требование. Именно вы утверждали, что вообще не собираетесь жениться. До настоящего момента это было нашим общим решением, — и Леони сердито закончила:
— Я думаю, что от нашего соглашения выиграли вы. Если вы не вернете мои деньги в течение недели, я обращусь в магистрат, представив туда все необходимые документы.
— Ах ты, маленькая дрянь, — взорвался Морган. Вскочив со стула, он не удержал равновесия.
На мгновение его пальцы сжали тонкую руку Леони, и они оказались лицом друг к другу.
— Уберите ваши руки, мадам, — прорычал Морган, — лучше посильнее и порезче толкните меня. Может быть, при этом вам достанется даже больше денег, чем в результате этой мерзкой сделки.
— Я от вас не хочу ничего, — в ярости возразила Леони, отстраняя его руку, все еще крепко сжимавшую ее, — кроме того, что принадлежит мне по праву. И я добьюсь своего!
Морган вдруг ощутил горячее тело Леони, пытающейся вырвать руку. К своему удивлению, несмотря на испытываемую ненависть, на разочарование и презрение, Морган почувствовал, как волна желания обдала его. И даже ее лицо, которое исказили гнев и ярость, он