скорее свершилась свадьба, я буду рада. Ибо пока над братьями властвует эта надменная дева…
— Атли чтит ее, — обронил викинг. — Он не хочет принуждать ее силой.
— Тогда пусть вмешается епископ Франкон. Пусть он напомнит, что оба они живут в грехе, — кажется, так это называется у христиан. Ибо эта девушка и твой брат невенчанные, проводят ночи на одном ложе.
Наблюдая за Ролло в зеркале, она заметила, как при последних ее словах по лицу мужа скользнула тень. Он нахмурился и резко встал, вытирая руки о скатерть. (Затем поднял с ложа золотой венец, уложил его в сумку и приторочил ее к поясу. Снэфрид, опустившись на колени, опоясала его мечом.
— Я буду ждать тебя, мой Ру, как верная рабыня ждет господина.
Ролло улыбнулся.
— Я скоро пришлю за тобой. Как только все будет готово к пиру. Теперь проводи меня, жена. Они шли по узкому коридору, пересеченному низкими круглыми арками. Над каждой из них было высечено Распятие — единственное напоминание о том, что прежде здесь была христианская обитель. Снэфрид оставила это изображение, заявив что Распятый похож на Отца богов Одина, повешенного на Мировом ясене Иггдрасиль. Больше же ничего от старого здесь не осталось. Даже станки в ткацкой, где работали девушки-рабыни, велела установить вертикальные, а не горизонтальные, как было принято у франков. Она с упрямой ненавистью истребляла все франкское, за исключением одежд, явно предпочитая норвежским передникам и головным покрывалам элегантные наряды франкских королев.
В монастырском дворике, обрамленном грубой известняковой колоннадой, Ролло вскочил на коня, которого подвел ему угрюмый, огромного роста викинг, истинный великан с начавшей уже седеть бурой гривой и бельмом на глазу. Это был Кривой Орм, телохранитель Снэфрид. Он был нем, но это не мешало ему оставаться великолепным воином и силачом, каких поискать. Снэфрид он был предан до мозга костей, в особенности после того, как она вылечила его от раны, оставленной франкским дротиком. На Ролло, однако, Орм глядел хмуро, хоть и был услужлив.
Ролло выехал с монастырского двора там, где колоннада рухнула, образовав груды щебня, которые никто не удосужился убрать, и теперь они поросли жесткой травой. Далее начинались хозяйственные