хотела любой ценой сделать своих детей не такими, как все, а теперь… Что ж, я думаю, теперь наше будущее зависит от нас самих.
— Замечательные слова, — с ухмылкой воскликнул Бен. — Это будущее, будь оно проклято, готовит нам петлю!
— А что, если нам уехать из Сен-Джайлса? — предложил Пип и, пристально глядя на Джако, добавил:
— Ты же мечтал обзавестись фермой. Что мешает осуществить твой замысел? Почему бы нам не стать фермерами, как ты того желал, вместо того чтобы грабить дома и прохожих?
С выражением муки на лице Джако закрыл глаза.
— Потому что главарь шайки не допустит этого, — произнес он безнадежным тоном.
Его слова были встречены молчанием.
— — Не допустит? — глухим голосом переспросил Пип. — Что ты хочешь этим сказать?
Устало проведя рукой по лицу, Джако подавленно продолжал:
— Я думал, что мы сможем покинуть это место через неделю после того, как мать…
Горло Джако перехватило судорогой, и, пока он приходил в себя, Пип и Бен чувствовали, как слезы жгут им глаза. Наконец Джако взял себя в руки:
— Я еще окончательно не решил, как нам уйти отсюда и куда направиться после того, как я нечаянно убил того джентльмена. Главарь стоял рядом, когда это произошло, и его не схватили по чистой случайности. Разговаривая с ним за день до этого, я сказал, что мы собираемся покинуть, шайку и Сен-Джайлс и начать честную жизнь. Сначала он рассмеялся, но, увидев, что я не шучу, страшно разозлился и объявил, что его шайку никто еще живым не покидал. Он еще много чего наговорил мне. Мы, мол, должны быть ему преданы и говорить «спасибо» за то, что матери в последние годы не пришлось идти на панель. Благодарить его за каждый кусок хлеба и крышу над головой. Я подумал было, что он завелся, а поостыв, перестанет злиться и держать нас у себя против нашей воли… Бен горько рассмеялся:
— И ты мог такое подумать? Мы же лучшие воры его шайки! Разве втроем мы не приносим ему больше, чем все остальные, вместе взятые? О Боже! Ему вообще нельзя было говорить о том, что мы задумали. Просто надо было скорее уносить ноги.
Джако подавленно согласился:
— Теперь-то я это понимаю, но тогда мне и в голову не могло прийти такое! У них с матерью были какие-то свои Дела, и мне всегда