Итак, видите, все решено! Нам остается только отплыть в Америку. Прямо сейчас!
— Ничего, как-нибудь выпутаемся, — пообещал Джако. Пип озорно улыбнулась ему:
— Еще бы! А сейчас будем довольствоваться тем, что облегчим карманы простаков, пока они глазеют на борцов.
Бен хотел сказать в ответ что-нибудь смешное, но в этот момент в дверь громко постучали. Мгновенно веселость пропала, Фаулеры потянулись к ножам, которые всегда носили при себе. Джако неслышными шагами приблизился к двери.
— Кто там? — громко спросил он.
— А как ты думаешь? — с другой стороны двери раздался вкрадчивый голос с еле слышным оттенком раздражения.
Этот голос мог принадлежать лишь одному человеку в Джайлсе, и все трое застыли на месте.
— Главарь! — тревожно зашептала Пип. — Что ему надо? У нас свои планы на сегодня.
Джако пожал плечами и открыл дверь.
Это действительно был главарь. Не сказав более ни слова, он вошел, с одного взгляда заметив враждебность в позе Пип и ее братьев. Небрежная улыбка скользнула по его тонким губам, и он пожал плечами.
Сегодня, как всегда, он был во всем черном. В руках он держал длинную черную трость с серебряным набалдашником, внутри которой, Пип знала, скрывалось длинное тонкое лезвие. Его единственный глаз излучал мрак, на втором чернела шелковая повязка, усугубляя всю эту темноту.
Главарь взял стул Джейн, уселся и лениво бросил:
— Ожидали еще кого-нибудь, мои дорогие? Бен пожал плечами:
— Мы живем посреди опасностей, откуда нам было знать, что это всего лишь вы?
— Всего лишь я! Знаешь, мне кажется, что ты меня почти оскорбил, — заметил главарь, играя своей длинной черной тростью.
Привыкшие к его манерам, Фаулеры не испугались; Джако и Пип сели рядом за стол. Наступила неловкая тишина, а черный глаз между тем скользил по трем юным окаменевшим лицам.
— Гм, я вижу, Джако уже сообщил вам о моих намерениях, — наконец вымолвил главарь. — И что вы так же рады, как ваш брат.
Бен угрюмо посмотрел на него.
— А вы ожидали другой реакции? — Голос его прозвучал более резко, чем ему хотелось.
Главарь нахмурился, услышав слова Бена, И произнес ледяным тоном:
— Мне наплевать, довольны вы или нет! Главное, чтобы вы делали то, что я говорю! Понятно?
Три