сколь ни было это неуместно, она размышляла, будет ли он и сегодня того же мнения.
Святые угодники? — пробормотала она про себя. Ну почему именно он все время вторгается в ее мысли? Ее не волнует, нравятся ему ее волосы или нет.
По крайней мере, не должно волновать.
Но печальная правда заключалась в том, что Розалинду сверх всякой меры волновало, где он, что он думает и что делает.
Это позорно, это ужасно глупо, но это действительно так.
Со вздохом она взошла на плоскую каменную глыбу, которая в детстве служила ей площадкой, откуда можно было легко сесть в седло. С этого камня оказалось удобно наблюдать за отъездом охотников. Розалинда сразу же нашла взглядом отца в зеленой с золотом тунике. Капюшон у него был откинут, и сэр Эдвард резко выделялся среди молодых спутников своей седеющей головой. Он сидел на высоком кауром жеребце, и Розалинда с невольной гордостью отметила, как прямо и уверенно он держится в седле. Затем ее глаза остановились на сэре Гилберте, и улыбка погасла. И лошадь, и все его охотничье снаряжение были превосходны, как и подобало лорду такого ранга. При других обстоятельствах ей, без сомнения, польстило бы сватовство такого рыцаря. И возможно, после недолгих колебаний она приняла бы его предложение и считала бы себя счастливейшей из девушек. Он был молод, красив и галантен. Чего же еще она могла бы желать?
Однако, если сравнить его с тем, другим, словно выкованным из стали, — сэр Гилберт сразу оказывался далеко позади. Заслонив глаза ладонью от солнца, она строго напомнила себе, что, по крайней мере, сэр Гилберт — во всех отношениях приемлемый искатель ее руки. Он благородного происхождения, он не уклоняется от своих обязанностей, — во всяком случае, он действовал достаточно решительно, чтобы очистить округу от разбойников. Может быть, когда минует год, она отнесется к нему более благосклонно.
Но в самой глубине души Розалинды жила и крепла уверенность, что никогда этого не случится. В сэре Гилберте было что-то такое, отчего у нее по коже пробегали мурашки. Кроме того, он, не задумываясь, отправил бы Эрика на смерть, если бы тот попался ему в руки. А это значило, что сэр Гилберт — и ее враг.
Понаблюдав за ней издали, сэр Гилберт тронул