из объятий и бросился к ножу с таким видом, как будто в ту же минуту вовсе забыл о ее существовании. Большим пальцем руки он проверил остроту стального клинка и попробовал, удобна ли для захвата костяная рукоять.
— Мал, но пригодится в рукопашной. — Черный Меч бросил на Розалинду быстрый взгляд:
— Я провожу тебя до следующей деревни. Это все, что я могу для тебя сделать. Может быть, там ты найдешь необходимую помощь. — Он засунул кинжал за широкую кожаную перевязь.
Его ясно выраженное намерение отделаться от нее настолько вывело Розалинду из себя, что она не стала долго подбирать слова.
— Ты не посмеешь отделаться от меня там, где тебе заблагорассудится. Я спасла твою ничтожную жизнь, так что ты обязан помочь мне и Кливу! Ты что, совсем бесчувственный? У тебя не осталось ни капли чести?
Его лицо стало чернее тучи. Розалинда понимала, что сильно рискует, набрасываясь с упреками на такого, как он. Она понимала и то, что ее слова глупы и неуместны, но слишком много бедствий обрушилось на нее за эти два дня, слишком много ужасных событий прошло перед ее глазами, и слишком натерпелась она горя, чтобы и дальше соблюдать осторожность.
— У тебя нет чести! Нет… нет души! У тебя в груди камень вместо сердца! — В бешенстве Розалинда выхватила морковку из перепачканной туники и запустила ею в несговорчивого верзилу. Тот без труда уклонился, но выражение его лица не стало мягче.
— Обдумывай свои слова, моя колючая розочка. Если у меня нет ни чести, ни души, ни сердца, то ты и впрямь вступаешь на опасную тропу. Считай за благо, что я согласился взять тебя с собой до следующей деревни. И не рассчитывай добиться от меня чего-либо еще. Ну, в путь. — С этими словами он подобрал сморщенную морковку, легко переступил через древнюю каменную ограду и зашагал по пустынной равнине.
Розалинда посмотрела ему вслед: ее переполняли и гнев, и безнадежность одновременно. Отчего он так жесток и бессердечен? Как он может быть таким бесчувственным? Кинжал он отнял и, судя по всему, без малейших угрызений совести бросит ее при первой же подвернувшейся возможности. Может быть, для нее самой это было бы и к лучшему, но ведь надо еще и о Кливе позаботиться!
Черный Меч прошел уже треть пути