угрожающее письмо…
В это время младшая дочь графа находилась еще под опекой Эдуарда. Глостер тогда возымел желание жениться на Анне, или… Уорвику сообщалось, что, если он не прибудет на обручение своей дочери с младшим из Йорков – Ричардом Глостером, с девушкой поступят вопреки законам рыцарской чести и христианской морали.
При воспоминании об этой части письма Эдуард даже вслух застонал: как, какими дьявольскими ухищрениями Глостеру удалось оплести его разум, чтобы заставить собственноручно написать подобное? Глостер уверял, что Уорвик смирится, не станет рисковать жизнью своей любимицы… И вот что из этого вышло!
Слишком поздно Эдуард узнал о дерзком побеге Анны Невиль из аббатства. Правда, Ричард тогда только криво усмехался: «Бежать ей некуда».
И вот теперь Эдуард узнает, что проклятая девчонка все же добралась к отцу. Да еще и вместе с тайным гонцом и страшным письмом. А ведь, посылая Филипа Майсгрейва с посланием к Делателю Королей, король втайне надеялся, что, прочтя об угрозе жизни своей дочери, граф выместит свой гнев прежде всего на посланнике. Боже, как же Эдуард ревновал Элизабет к этому красавцу рыцарю!
Сейчас это не играло никакой роли. Элизабет ждет от него уже второго ребенка, она стала для него доброй супругой. А Майсгрейв – будь он трижды проклят! – сумел доставить в Париж и письмо, и Анну. Ведь теперь у графа все нити – даже не переходя Ла-Манш, он может лишить Эдуарда трона, ославив его на весь христианский мир как изверга, чудовище, без малейших понятий о рыцарской и мужской чести. Кто тогда поднимет за Эдуарда свой меч?
О Боже, как он проиграл!
Несколько дней король никого не желал видеть и надолго заперся в своей молельне в Вестминстерском аббатстве. Целые дни Эдуард Йорк простаивал на коленях, молясь и доведя себя почти до изнеможения. Он отказывался принимать жену, гнал прочь приближенных, выдворял советников и парламентеров. Груда писем и грамот скопилась на его рабочем столе, и даже послания герцога Бургундского Эдуард отшвыривал прочь, ожидая, что в одном из них рыцарственный Карл, дознавшись, какими методами принялся действовать его союзник, изольет на него свое презрение и негодование.
Когда королю сообщали о прибытии гонца,