изо всех сил, немного выше пояса, снизу вверх, как когда-то учил отец. Боже, они просто играли, и думал ли Уорвик, что эта наука пригодится его девочке?
Анна почувствовала, как острие ножа пробило воловью кожу куртки и погрузилось в мягкие человеческие внутренности. Солдат ухнул, вытаращил глаза и разинул рот, словно собираясь закричать. Анна испугалась, что он поднимет шум, и, забывая дышать от ужаса и отвращения, еще сильнее нажала на рукоять.
Длинный и острый, как бритва, нож вошел глубже. Солдат вдруг навалился на нее и схватил за плечи. Она видела совсем рядом его облитое смертным потом лицо, слышала запах пива и лука. Он жадно хватал ртом воздух, потом из его горла послышались булькающие звуки, и ртом хлынула кровь. Державшие Анну руки ослабели, и она со всех ног кинулась прочь.
Она остановилась лишь в тени рощи, больно ударившись плечом о ноги повешенного. Ее всю трясло. Не в первый раз ей приходилось убивать человека. Когда это случилось впервые, ей не было и десяти лет. Играя с арбалетом, она случайно спустила тетиву, и стрела пробила горло стоявшего неподалеку ратника. Тогда она билась в истерике и рвала волосы в страхе, что теперь ей не миновать геенны огненной. Но старый лучник, давний сподвижник Уорвика, успокоил ее, а позже, во время какой-то стычки, сам вручил ей оружие и хвалил за каждый ловкий выстрел. Однако вот так, вблизи, чувствуя, как поддается стали теплая человеческая плоть…
Анна попыталась сосредоточиться – и только теперь обнаружила, что осталась без ножа. От огорчения нервная дрожь прошла. Без оружия она почувствовала себя почти нагой. Мелькнула мысль – не вернуться ли за ним? Но, окинув взглядом открытое пространство меж рощей и городом, Анна передумала. Ей вовсе не хотелось, чтобы ее схватили. Она не желала оставаться пленницей Йорков, но это не главное… Главное в том, что она должна во что бы то ни стало найти тело Филипа.
Она перебросила через плечо длинную, ниспадавшую с плоской шапочки темную вуаль, свив ее наподобие жгута, и решительно двинулась в темноту, стараясь не слишком углубляться в лес, а держаться обочины дороги. Слабый свет молодой луны просачивался сквозь листву, падая на жуткие лики повешенных.
Анна тихонько