был убит после того, как его город был захвачен разбойником Ролло (у Ренье дрогнул угол рта). Говорят, этот безбожник и идолопоклонник превратил цветущий город в руины. Редким удачникам удалось спастись.
– Так, значит, выходит, что все зря… – вновь не утерпел Ренье. На сей раз голос его был полон уныния.
Леонтий торжествующе улыбнулся в бороду, но внимательный глаз герцога не упустил этого.
– Велю пороть, – тихо, но внушительно проговорил он. Грек тотчас заторопился, панически шурша сворачиваемым свитком.
– Совсем недавно стало известно, что Пипина из Байе не погибла. Потеряв близких, подвергшись поруганию, она все же сумела уйти из Байе и с толпой беженцев прибыла в Анжу к своему брату Фульку Рыжему, виконту города. Он позволил ей жить в одном из окрестных монастырей, где она пребывает и по сей день. Вместе с дочерью.
– С дочерью? Я не ослышался? Ведь ты сказал, что у них с Беренгаром сын?..
Он внезапно осекся, поняв. Губы его медленно поползли в сторону в усмешке.
Леонтий тоже блеснул зубами.
– И дочь как будто бы тоже зовут Эммой.
Герцог откинулся в кресле, расправил плащ с драгоценной фибулой, на которой глухо сверкнул рубин.
– Ты хорошо поработал, еретик.
Потом, глядя на уголья, герцог пробормотал:
– Выходит, все так просто…
Он умолк, глядя на седеющие пеплом уголья на подиуме очага. Улыбка не сходила с его лица, но глаза смотрели в пространство.
Леонтий, возвышаясь над герцогом, смотрел на него со скучающим видом. Он хорошо знал своего господина и теперь словно читал у него в мыслях. Сейчас Ренье осознавал, что забытая, но обладающая огромными правами принцесса станет для него легкой добычей. Разыскать девушку в глуши, убедиться, что их сведения не ошибочны (в чем Леонтий не сомневался – ему никогда не лгали на допросах) и Эмма из Байе суть та самая Эмма из рода Робертинов, и привезти ее, никому не известную девушку, сюда.
– Это следует поручить Эврару Меченому, – неожиданно вслух произнес Леонтий и прикусил язык, опасаясь, как бы герцог не заподозрил его в чтении собственных мыслей.
Однако Ренье Длинная Шея лишь задумчиво кивнул.
– Да, именно. Он добрый воин и преданный пес. И он единственный из моих людей сможет опознать Эмму. Он видел